На одном из островов Средиземного моря с помощью страдающего запоями врача-англичанина, он пытался вернуться к жизни и обрести свое прошлое. И здесь, я боюсь, он потерпел поражение. Но женщина, расположенная к нему, такого поражения не потерпела. Она продолжала бороться. Теперь она стала его женой. Она, пользуясь своими внутренними инстинктами, чувствовала, что он не убийца. Она целенаправленно вела его по разрушенным лабиринтам его собственной памяти и добилась успеха, вернув его к нам. Но мы, однако, со всем нашим аппаратом спецслужб, не захотели слушать его, а вместо этого устроили ловушку с целью его убийства.

— Здесь я должен прервать вас, господин посол, — вступил в разговор Рейли.

— Но почему? — спросил Хэвиленд. — Мы пока разговариваем в рамках намеченного, а запись беседы уже не ведется.

— Я хотел просто заметить, что изложенное вами относится лишь к отдельным сотрудникам названных спецслужб, а не определяет отношение правительства к этой проблеме. Это должно быть четко выделено.

— Хорошо, — согласился дипломат, коротко кивнув. — Имя этого конкретного человека Конклин. Но это же нонсенс, Джек. Государственные службы участвовали в этом. Такие факты есть.

— Но ведь государственный аппарат принимал участие и в его спасении. — Да, это было, но уже позже.

— Но почему? — задал вопрос Мак-Алистер. Теперь он подался вперед, захваченный всей историей. — Ведь он же был одним из нас. Почему кто-то хотел уничтожить его?

— Его потеря памяти была связана еще с одной потерей. Никто не хотел верить, но были факты, что он совершил предательство, и, убив трех своих руководителей, попросту сбежал с принадлежащими государству деньгами. Речь идет о пяти миллионах долларов. — Пять миллионов?..

Изумленный помощник Госсекретаря опустился в кресле.

— И такая сумма была выдана ему лично?

— Да, — подтвердил посол. — Эти деньги тоже являлись частью общего стратегического плана.

— Но какова сущность этого проекта, о котором вы все время говорите? — заинтересованно спросил Мак-Алистер.